Инъекции интеллектуального адреналина в нарождавшуюся индуст-реальную культуру.
Один из радикальных философов, идеолог Великой французской революции барон Гольбах с удовлетворением писал: “Вселенная, это необозримое скопление всего сущего, являет собой только материю и движение; действительность, воспринимаемая нами, есть нечто иное как необъятная, непрерывная последовательность причин и следствий”.И как это прокоментировано Тоффлером:
В этом кратком, торжествующем утверждении заключалось самое главное:
вселенная - это составная реальность, где разрозненные части, объединенные
вместе, представляют собой единое целое. Постоянный признак материи -
движение в пространстве. События совершаются в линейной последовательности,
развитие событий происходит вдоль линии времени. Человеческие чувства,
например ненависть, эгоизм или любовь, согласно Гольбаху, сопоставимы с такими материальными силами, как отталкивание,
инерция или сцепление, и при мудрой политической организации общества
возможно было манипулировать ими для общественного блага, подобно тому, как
наука могла для всеобщего блага манипулировать физическим миром.
Именно такой индуст-реальный образ вселенной, порождаемые им
представления во многом повлияли на наш образ жизни в его личных,
общественных и политических проявлениях. Из подобного взгляда на мир
неизбежно проистекало, что не только космос и природа, но и общество и люди
действовали согласно вполне определенным и предсказуемым законам.
Величайшими мыслителями Второй волны были как раз те, кто наиболее логично и
убедительно доказывал связь и взаимозависимость явлений объективной
действительности.
Ньютон создал основы небесной механики. Дарвин открыл законы, которые
объясняли социальную эволюцию. А Фрейд открыл закономерность психических
процессов. Поиски других исследователей - ученых, инженеров, социологов,
психологов - способствовали открытию множества других разных законов.
Цивилизация Второй волны получила в свое распоряжение теорию причинности,
в которой виделись чудодейственные возможности и которая применялась всюду.
Многое из того, что до тех пор казалось невероятно сложным, теперь можно
было привести к элементарной объяснимой формуле. И эти законы получили
всеобщее признание не только потому, что их провозгласили Ньютон, Маркс или
кто-либо еще. Они были объектом экспериментов и эмпирических
исследований и получали подтверждения. Используя их, мы могли строить мосты,
посылать в небо радиоволны, предсказывать и производить биологические
изменения; мы могли воздействовать на экономику, основывать политические
движения или организации и даже, как считалось, предвидеть и формировать
поведение индивида.
Чтобы объяснить любое явление, необходимо было лишь найти критическую
переменную величину. Этого можно было достичь, если только мы находили
подходящий “бильярдный шар” и ударяли по нему под нужным углом. Новая
причинность в сочетании с новыми представлениями о времени, пространстве и
материи избавила сознание многих людей от старых иррациональных компонентов.
Это обеспечило достижение величайших успехов в науке и технологии, огромные
сдвиги в мышлении и практической деятельности людей. Был брошен вызов
авторитаризму, и разум освободился от тысячелетних оков.
Однако же индуст-реальность создала новую тюрьму - индустриальный
менталитет, который исходил из практицизма, превозносил критическую
требовательность и карал воображение, сводил людей к простейшим
протоплазменным единицам и в конечном счете искал инженерного решения любой
проблемы. Индуст-реальность вовсе не была морально нейтральной, хотя и
претендовала на то. Она представляла собой, как мы видели, воинствующую
суперидеологию цивилизации Второй волны, из нее возникли все основные
идеологические направления индустриальной эпохи, как левой, так и правой
ориентации. Подобно всякой культуре, цивилизация Второй волны создавала
искаженный механизм восприятия человеком себя и окружающего его мира.
Выработанный комплекс идей, образов, представлений - и проистекающие из них
аналогии - оказался самой мощной культурной системой в истории человечества.
И наконец, индуст-реальность, культурное лицо индустриализма, побуждала
общество развиваться в нужном направлении. Благодаря ей создавались сложные
организованные единства, крупные города, централизованная бюрократия и
всеобъемлющий рынок, будь он капиталистическим или социалистическим. Это
отличным образом согласовывалось с новыми энергосистемами, устройством
семьи, технологиями, экономическими отношениями, политическими и духовными
ценностями, что вместе взятое образовывало цивилизацию Второй волны.
Вот и получается, что вся эта цивилизация вместе со всеми организациями и
учреждениями, технологией и культурой разрушается под воздействием перемен,
привносимых Третьей волной, которая прокатывается по планете. Мы живем в
завершающий, кризисный период безвозвратно отступающего индустриализма.
Индустриальная эпоха уходит в историю, рождается новая эпоха.
…интересный термин - индуст-реальность. И ведь мы живем в этой реальности!
